Что сегодня для человека баня, кроме собственно помывки? Ну, еще, возможно, лечебная процедура. Ну, посиделки старинных приятелей…

Та бандероль из Москвы пришла в момент, когда музей Таганрогского радиотехнического университета еще только создавался, и его новоиспеченный директор Олег Набоков стоял в пустом зале, прикидывая, где какую витрину разместить.

В Азове, в выставочном зале «Меценат», демонстрируются «Окна ТАСС» — знаменитые агитационные плакаты Великой Отечественной.

«И вы так можете!» — обнадеживает Артем Долгополов, лидер арт­группы «Freezelight.ru» посетителей выставки «Приручая свет», открывшейся в Ростовском музее современного изобразительного искусства.

— А эту ветку черемухи я вышивала с натуры, — сказала Галина Масюк. — Нарисовали с натуры, а потом — вышили? — Нет, вышивала с натуры, — повторила она.

«Сколько кошке сидеть на ветке?» — так называлась одна из недавних наших публикаций, в которой упоминалось о ростовской службе спасения животных. Эта информация заинтересовала многих читателей.

— Буддизм утверждает, что наш земной мир — это страдание, человеческая жизнь — это страдание… Как же тогда объяснить, что приходишь на выставку буддийской культуры, а здесь — такие радостные яркие краски, будто жизнь — это праздник, а не страдание?

Сюжет был прост, декорации отсутствовали, костюмы довольно условны, никаких спецэффектов. Но я давно не видела таких восторженных детских глаз, как на том самодеятельном представлении в Ростовском Дворце творчества детей и молодежи.

— Я — не оракул, я — музыковед, — предупредил меня Селицкий. Но я все равно задала ему вопрос о будущем: о завтрашнем дне оперы.

— так называется оригинальный шотландский оперный проект, в котором приглашен участвовать ростовский композитор, заслуженный деятель искусств России, профессор Ростовской консерватории им. С.В. Рахманинова Виталий Ходош.